Биография
Жизнь
мастера

Галерея
Картины
художника

Воспоминания
Отзывы и очерки
о художнике

Рассказы
Рассказы
К.Коровина

Поездки
Где он
был

О Шаляпине
К.А.Коровин и
Ф.И.Шаляпин

Фотографии
Прижизненные
фотографии


Константин Коровин. Путешествия художника. Италия

  
   

Путешествия:

На Крайнем Севере
2 - 3 - 4 - 5

Новая Земля - 2

Северный Край - 2

Рассказ старого монаха

В Крыму - 2 - 3

Кавказ. Владикавказ

Дарьяльское ущелье

Станция Казбек - 2

Станции Гудаур и Млеты - 2

Кавказский "Демон" - 2

Крыша мира. Гималаи - 2

Коровин в Италии - 2

Испания - 2 - 3 - 4 - 5

   

   

Коровин
Конст.Коровин, 1930-е

   

  

Обернутый в плащ, с надвинутой на лицо шляпой, ночью пробирается герцог Козимо Медичи по узким улицам Флоренции на Пьяцца делла Синьориа, чтобы спрятаться в тайник пьедестала, над которым возвышается закрытая чехлом статуя Бенвенуто Челлини «Персей».
Рано собирается народ на площади. Согнувшись, следит герцог, дожидается, что скажет толпа о создании его любимого мастера. «Я узнаю, как он думает, как чувствует народ. Поймет ли он, - беспокоился герцог, - величие духа моего Бенвенуто?»
Волновался герцог, вероятно, более самого Бенвенуто, которого не было на площади.
«А если не поймут?.. - думал герцог, и гневом наполнялась душа аристократа. - Но я поверну его. Санта Синьориа, Матерь, молюсь, - пошли народу сознание красоты, дай им, моим флорентинцам, подняться из убожества духа, дай им постигнуть высоту искусства».
Долго сидит герцог, переставляя удобнее согнутые ноги. Утренний холод пробегает по спине.
...Тихо шепчутся слуги во дворце. Кто та донна, та любовница, к которой ушел герцог? А может быть, он ушел молиться, а может быть, - ночное свидание с генуэзскими друзьями? Пуста постель герцога.
Бодро осветило солнце Пьяцца делла Синьориа. Народ толпится. Торжественно протрубили трубы, и спала завеса: изящную бронзу Бенвенуто осветило солнце. Вставив в уши рупоры, герцог сказал про себя: «Вените адоремус». Слышит: ахнула площадь криками восторга... И герцог, дерзка Рупоры у ушей, почувствовал, что у него из глаз льются слезы несказанной радости и счастья, и губы шепчут: «Народ... народ мой... народ, я рад, я рад...»
Чувствует, что его сзади кто-то толкнул. В темноте тайника он протянул руку: собака, его собака, нашла его и залезла к хозяину. Он в радости гладит ее, целует морду и говорит:
- Элла, народ понял, слышишь, Элла, я счастлив... Народ мой вырос, он понял Бенвенуто, он будет господин, как я... Я хочу, чтоб он был, как я... Я подниму его до понимания жизни и красоты.
И слышит герцог, как восторгается народ и шумит Пьяцца делла Синьориа. И льются слезы у герцога. Верный пес лизнул лицо хозяина. А герцог все слушает и придерживает руками рупор, и слышит он - говорит женщина близко:
- Бенвенуто, за твое созданье я бы пошла за тобой всюду, отдала бы тебе себя...
«Знакомый голос...» - дрогнул герцог.
- Грацие! - крикнул он громко.
- Ай! - услышал герцог: донна упала в обморок...
- Грацие, грацие! - кричала около толпа. - Персей сказал: «Грацие»... Колдовство... Грех. Святую воду, скорей, святую воду!
Герцог вылез из тайника и, встав, крикнул народу:
- Это я сказал «грацие» - и вам и ей. Донна сказала, что за создание красоты она пойдет за Бенвенуто.
И он обнял стоявших около литейщиков и рабочих. И народ, подняв герцога на руки, понес его во дворец.
- Я самый счастливый человек в мире, - говорит Козимо Медичи. Но где же создатель «Персея», где сварливый Бенвенуто Челлини? В жалкой остерии у Арно, на краю города, Бенвенуто Челлини сидел с трактирщиком и какой-то девчонкой. Он не пошел на праздник своей славы: много было врагов у Бенвенуто.
- Сакраменто! - сказал Бенвенуто. - Узнали кинжал. По ручке узнали мою работу. Тюрьма... Я бы и поныне сидел: солонка помогла. Как я показал солонку папе Павлу - загорелись глаза у старика, задрожал. Я отдал солонку ему - он меня и выпустил. О, если б я был сын Зевса и Данаи, я бы испепелил негодяев, врагов моих, головой Медузы.

- Фиренце - пронти! - крикнул кондуктор у вокзала Флоренции. Была ночь. Носильщик вынес мои чемоданы. Еду. Редкими фонарями освещается дорога. Тихая ночь. Светится дорога, покрытая белыми квадратными камнями. Еду узкими улицами города, мимо дворцов Медичи. Ночь. Никого на улице. Останавливаюсь у дверей гостиницы. Портье несет мой чемодан в комнату. Я - один. В окно видны - широкий уличный фонарь и узкая длинная улица. Италия... Флоренция... Какая-то особая красота новизны, неизвестности. На окнах пунцовые портьеры. Я раздеваюсь.
Час ночи. Не могу заснуть. Опять одеваюсь и ухожу. Портье пропускает меня. Смотрит вслед. Куда - думает - уходит ночью молодой иностранец?
Выхожу. Улица. Ни души. Иду. Тихо шумит вода. Бронзовый кабан пускает из пасти воду; огромные здания: ровные, высокие; окна в железных решетках; выступающие нетесаные камни; линии необычайной красоты и благородства.
Вверху дворца светится окно; там виден плафон, в темных красках блестит позолота. Над ровной крышей - темное, глубокое небо Италии, сверкают далекие звезды.
Площадь. И в арках Лоджии, наклоня голову, стоит молчаливо Персей и держит отрубленную голову Медузы. Пьяцца делла Синьориа. А за горой Фиезоли светит месяц, бросая таинственно лучи по краям зданий красавицы Фиренце. Месяц осветил лицо Персея, и оно показалось мне среди теней окружающих зданий дивным видением красоты.

Продолжение »»»


  "Коровин - это Паганини в живописи." (Шаляпин Ф.И.)


Художник Константин Алексеевич Коровин. Картины, биография, книги, живопись, фотографии


Rambler's Top100