Биография
Жизнь
мастера

Галерея
Картины
художника

Воспоминания
Отзывы и очерки
о художнике

Рассказы
Рассказы
К.Коровина

Поездки
Где он
был

О Шаляпине
К.А.Коровин и
Ф.И.Шаляпин

Фотографии
Прижизненные
фотографии


Константин Коровин. "Воспоминания о Федоре Шаляпине"

  
   

Константин Коровин о
Федоре Шаляпине


Первое знакомство
В Ниж. Новгороде - 2
Шаляпин в Москве
Шаляпин на свадьбе
В частной опере
Шаляпин и Врубель
Конец частной оперы
У княгини Тенишевой
Императорские театры
Спектакль в честь Лубе
Весна
Шаляпин на отдыхе
Приезд Горького
На рыбной ловле - 2
Фабрикант
Шаляпин на охоте - 2
Купание
1905 год
Слава
На репетициях
Камень
Валентин Серов
Цыганский романс
Демон Рубинштейна
Шаляпин на Волге - 2 - 3
Шаляпин в Крыму - 2
Шаляпин за границей
Дом Шаляпина
Отъезд Шаляпина
Встреча в Париже
Дегустатор
Телеграмма
Антиквар
Оноре Домье
Болезнь Шаляпина
Робость Шаляпина
Последняя встреча - 2
Дурной сон
Медиум - 2
Штрихи из прошлого
Шаляпин умер
Шаляпин о Коровине - 2

   

   

Шаляпин и Коровин
Федор Шаляпин и
Конст.Коровин
в мастерской
художника.
Париж, 1930

   

  

Шаляпин говорил озабоченно, лицо его было как пергамент - желтое, и мне казалось, что со мной говорит какой-то другой человек - так он изменился и внешне.
- Я скоро еду в Америку петь концерты, - продолжал он. - Юрок зовет... Надо лечиться скорей. Тоска... Вино у меня отобрали.
Он вдруг улыбнулся:
- А я две бутылки все же спрятал в часы. Знаешь у меня большие часы? Вот у меня ключ.
Он вынул из жилетного кармана медный ключик и показал мне.
- Я рюмку пью только. Какой коньяк! Я раньше и не знал, что есть такой коньяк. И водка смирновская - белая головка. Я нашел здесь в Париже, на рю де ла Пэ. Старая бутылка. Одну нашел только. Эту успел выпить. А что, ты не знаешь, жив ли Борис Красин?
- Нет, не слыхал, не знаю.
- А я слышал, что он умер. Кто это мне сказал - не помню.
- А Обухов?
Шаляпин вдруг рассмеялся.
- Ты помнишь, как я над ним подшутил?..
Обухов был управляющим конторой московских императорских театров . Однажды Шаляпин, придя ко мне в Москве, принес с собой арбуз, взял у меня краски (темпера) и выкрасил его в темный цвет. Арбуз обрел вид темного шара. Шаляпин принес с собой еще и коробочку, в которой были так называемые «монашки» - их зажигали, и они долго курились, распространяя приятный запах. Такую «монашку» Шаляпин вставил в верх арбуза.
Когда «грим» был готов, Шаляпин отправился в контору императорских театров, положил арбуз в кабинете Обухова на письменный стол и зажег «монашку». А сам уселся в приемной как проситель.
Явившись на службу и найдя в своем кабинете дымящуюся «бомбу», Обухов опрометью бросился вон. Вся контора всполошилась, все выбежали вон. Вызвали полицию...
В разгар переполоха Шаляпин разрезал бомбу... Все смеялись. Обухов старался скрыть недовольство и с упреком сказал Шаляпину:
- Вам, Федор Иванович, все допустимо... А Шаляпин всю неделю хохотал.

- А знаешь ли, - сказал, помолчав, Шаляпин, - живи я сейчас во Владимирской губернии, в Ратухине, где ты мне построил дом, где я спал на вышке с открытыми окнами и где пахло сосной и лесом, я бы выздоровел. Как я был здоров! Я бы все бросил и жил бы там, не выезжая. Помню, когда проснешься утром, сойдешь вниз из светелки. Кукушка кукует. Разденешься на плоту и купаешься. Какая вода - все дно видно! Рыбешки кругом плавают. А потом пьешь чай со сливками. Какие сливки, баранки! Ты, помню, всегда говорил, что это рай. Да, это был рай. А помнишь, ты Горькому сказал, что это рай. Как он рассердился. Герасим жив?
- Нет, Федя, Герасим умер, еще когда я был в Охотине.
- Посчитать, значит нас мало осталось в живых. Какая это странная штука - смерть. Неприятная штука. И тайная. Вот я все пел. Слава была. Что такое слава? Меня, в сущности, никто не понимает. Дирижеры - первые. В опере есть музыка и голос певца, но еще есть фраза и ее смысл. Для меня фраза - главное. Я ее окрыляю музыкой. Я придаю значение словам, которые пою, а другим все равно. Поют, точно на неизвестном языке. Показывают, видите ли, голос. Дирижер доволен. Ему все равно тоже, какие слова. В чем же дело? Получается скука. А они не хотят понять. Надоело... Вот Рахманинов - это дирижер. Он это понимает. Вот я выстукиваю иногда такт. Ты думаешь, что это мне приятно? Я вынужден. Иначе ничего не выходит. А говорят - я придираюсь. Я пою и страдаю. В искусстве - нет места скуке. А оперу часто слушают и скучают. Жуют конфеты в ложе, разговаривают. Небось, когда я пою, перестают конфеты жрать, слушают меня. Ты знаешь, кто еще понимал искусство? Савва Мамонтов. Это был замечательный человек. Он ведь и пел хорошо. И ты помнишь - как его? - Врубель был такой.
- А ты с милым Мишей Врубелем поссорился.
- Он же был этакий барин, капризный. Все, что ни сказку, все ему не нравилось. Он мне сказал: «Вы же не певец, а передвижная выставка, вас заела тенденция. Поете «Блоху», «Как король шел на войну» - кому-то нравиться хотите. В искусстве не надо пропаганды». Вообще, сказать тебе должен, что я его не понимал и картины его не понимал. Хотя иллюстрация к «Демону» - замечательная. Странно, я раз сказал ему, что мне нравится его «Демон», которого он писал у Мамонтова, такой, с рыжими крыльями. А он мне ответил: «Вам нравится - значит плохо». Вот, не угодно ли? Савва Мамонтов его тоже не понимал... А то за обедом: после рыбы я налил красного вина. Врубель сидел рядом... У Мамонтова был обед, еще Витте тогда был за столом. Он вдруг отнял у меня красное вино и налил мне белого. И сказал: «В Англии вас бы никогда не сделали лордом. Надо уметь есть и пить, а не быть коровой. С вами сидеть неприятно рядом». Ведь это что ж такое? Но он был прав, я теперь только это понял. Да, Врубель был барин...
- Да ведь ты сам сейчас барин стал. Украшаешь себя и вина любишь дорогие.
- Нет, я не барин. Скажу тебе правду - в России я бы бросил петь и уехал бы в Ратухино, ходил бы косить и жил бы мужиком. Ведь я до сих пор по паспорту крестьянин - податное сословие. И все дети мои крестьяне, а я был солист его величества. Теляковский недоумевал: у меня не было чина, а он хотел, чтобы я получил Владимира... Когда я пел Бориса в Берлине, в ложе был Вильгельм. В антракте мне сказали: «Кайзер вас просит в ложу». Вильгельм меня встретил любезно и попросил сесть. Я сел. Он сказал: «Когда в России талант - это мировой талант. Скажите, Шаляпин, какой вы имели высший орден в России?» - «Бухарская звезда», - ответил я. - «Странно», - сказал Вильгельм, - и, протянув руку к стоявшему сзади генералу (вероятно, это было заранее условлено), отцепил у него орден и пришпилил мне на грудь. - «Позвольте вас поздравить, теперь вы - фон Шаляпин, вы дворянин Германии». А здесь я получил « командора »...
В уголках губ Федора Ивановича была грустная усмешка.

Коровин и Шаляпин. Последняя встреча

В Париже Шаляпин, прощаясь со мной, сказал:
- Ну, прощай. Ты где живешь? На Балчуге? Ах, я и забыл, что мы не в Москве, - как чудно! Когда я вижу тебя, я всегда живу душой в России. Я к тебе зайду. Это у Порт Сен-Клу...
Кажется, в конце февраля, выходя из дому, я увидал на дворе, возле консьержа, Шаляпина.
- Ах, вот ты! - сказал он. - Пойдем в кафе. Он шел усталой походкой.
- Я что-то захворал, - сказал он. - Как-то здесь тяжело, - показал он на грудь, - вроде как камень лежит. Это началось там, в Китае. Я ведь в Китай ездил. В сущности, зачем я ездил - не знаю.
Вид у Шаляпина был очень больной. И он все вздыхал.
- Борис и Федор в Америке, - сказал он про сыновей. - Тебе они не пишут?
- Борис не пишет, а Федя - молодец. Ты знаешь, он играл в пьесе «Товарищ» главную роль, этого князя, который поступил лакеем. Играл на английском языке, и о нем превосходно написали.
- Да что ты? А я и не знал. Я все удивляюсь, отчего они все хотят быть артистами. Дочери мои... Отчего не просто так, людьми, как все? Ведь в жизни артиста много горя.
Он вздохнул.

Продолжение »»»


  "Пейзаж нельзя писать без цели, только за то что он красив - в нем должна быть история вашей души. Он должен быть звуком,
отвечающим сердечным чувствам. Это трудно выразить словом, это так похоже на музыку на кончике пера." (Коровин К.А.)



Художник Константин Алексеевич Коровин. Картины, биография, книги, живопись, фотографии


Rambler's Top100