Биография
Жизнь
мастера

Галерея
Картины
художника

Воспоминания
Отзывы и очерки
о художнике

Рассказы
Рассказы
К.Коровина

Поездки
Где он
был

О Шаляпине
К.А.Коровин и
Ф.И.Шаляпин

Фотографии
Прижизненные
фотографии


  
   

Биография:

Учеба
Обретение себя
Девяностые годы
Колорист
Расцвет творчества
Искусство мастера
Поиски мастера
Вдохновение
Зрелые годы

   


Константин Коровин:
Константин Коровин
Все фото Коровина

Пишите: ya(a)kkorovin.ru


В конце 1892 года Коровин уехал во Францию, где провел почти год. С этой поездкой связан новый этап в его живописи. Мастер внимательно изучал современное французское искусство. Еще находясь на родине, он записал: «Чувствовать красоту краски, света — вот в чем художество выражается; немного, но правдиво верно брать, наслаждаться свободно, отношения тонов. Тона, тона правдивей и трезвей - они содержание. Надо сюжет искать для тона. У меня плохо оттого, что я его не чувствую. Оторвано же сирени из окна чудо как хороши. Творчество в смысле импрессионизма». Этому всему Коровин учился у французских мастеров.

Думается, что именно импрессионистов художник имел в виду, когда писал в письме Аполлинарию Васнецову: «Писал мало, почти ничего, учился, ей богу, учился. Хорошо пишут французы. Молодцы, черти! Все ново, но пока в сторону логики правды. Искусство какое-то постоянное, не надоедает. Добропорядочностью не торгуют, какие-то смельчаки. Больно уж техника ядовита — ничего после написать не можешь».

Вскоре по приезде в Россию Коровин вместе с Серовым стал готовиться к путешествию на Север. Оно было организовано Мамонтовым, прокладывавшим Северную железную дорогу и мечтавшим о промышленном использовании природных богатств Заполярья. По его мнению, произведения обоих художников должны были познакомить публику со своеобразной красотой природы арктического края и тем самым заинтересовать им русскую общественность. Художники побывали в Архангельске, Мурманске, на Новой Земле и на побережьях Северной Двины, заезжали в Норвегию и Швецию.

Север буквально очаровал Коровина, в восторге он говорил Серову: «Какой чудесный край, Север Дикий! И ни капли злобы здесь нет от людей. И какой тут быт, подумай, и какая красота!.. Тоша, я бы хотел остаться здесь навсегда».

Коровин много и увлеченно работал. Итогом этого явилось большое количество этюдов, в которых живописец, по меткому выражению искусствоведа Виктора Никольского, «окончательно постиг чары колорита серебряных оттенков и жемчужно-опаловых мерцаний».
Однако если в работах, привезенных из Франции, Коровин выдвигал на первое место чисто импрессионистические проблемы - передачу воздушной среды в какой-то определенный момент, то в северных произведениях образы более устойчивы и (не побоимся применить это слово к порой очень небольшим этюдам) монументальны.

Пораженный величественной и могучей красотой Заполярья, укладом жизни людей, которым изо дня в день приходилось бороться за свое существование, мастер старался запечатлеть самые существенные стороны Севера: «Каждый его северный этюд — это переживание, часто не лишенное драматичности и отсюда внутренней напряженности, каждое полотно имеет четко выраженный сюжет».
Своими работами, привезенными из этого путешествия, Коровин блестяще ответил на постоянные утверждения о его легкомыслии, которые часто высказывались не только художниками старшего поколения, но и его сверстниками.

Действительно, сколько глубины вложено в маленький этюд Зима в Лапландии (1894), не случайно приобретенный лично Павлом Третьяковым. Коровин донес в нем до зрителя ощущение грозной суровости полярных ночей. 1 2 3 4 5.

Мотив этого произведения немногословен. На берегу то ли замерзшей реки, то ли залива раскинулся поселок, состоящий из трех изб, окутанных холодной сине-свинцовой пеленой спустившейся полярной ночи. Пустой передний план, большой охват пространства придают всему эпическое звучание. Передавая холодный, морозный воздух, художник не утепляет колорит этюда.
В нем преобладают серо-голубые оттенки, не оживленные никаким цветом. Все исполнено молчания суровой, скованной морозом природы.
Но произведение нельзя назвать бедным в колористическом отношении. Мастер тонко подыскивает валёры для снега, отличающие его ото льда, замерзшей воды, от тумана, от неба. Причем снег написан широким мазком, так, что зритель ощущает его рыхлость; более ровно и плотно кладется краска при изображении льда и неба, легкими прикосновениями кисти изображен туман, окутывающий горы на горизонте.


  Монография
  Р.И.Власовой


  Живопись - 2 - 3 - 4
  5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 
  12 - 13 - 14 - 15 - 16
  17 - 18 - 19 - 20 - 21
  22 - 23 - 24 - 25 - 26

  Театр - 2 - 3 - 4 - 5 - 6
  7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12
  13 - 14 - 15 - 16 - 17


Эта материальность, вещественность наряду с лаконизмом композиционного решения является основным средством создания определенного, ясного и в то же время величественного образа. Глядя на этюд, поражаешься мастерству, с которым Коровин исключительно живописными средствами точно передал совершенно особый характер арктической зимы. Как не похоже это произведение на его же ставшую классической для русской живописи работу Зимой, созданную в том же году на родине. Образ среднерусской зимы более задушевен, лиричен. В нем вполне очевидно Коровин вспоминал пейзажи своего первого учителя Саврасова.

Приветлива интимная композиция Зимы, где все сосредоточено на переднем плане, замкнутом от остального пространства избой, а слева изгородью. Темное пятно деревенской лошадки, впряженной в сани, поставлено по зрительному центру. Здесь все так и пронизано уютом, обжитостью, настроением спокойно текущей человеческой жизни. Серебристо-серая гамма в этом произведении значительно светлее, чем в северных работах. Она лишена свинцовых тонов, сумрачных по своему звучанию, и передает воздух теплый и влажный, как бы исполненный предвестия весны; оттенки общей гаммы ложатся на предметы: на розоватые тряпки на заборе, желтые сани и малиновый хомут лошади.

Цвета этих предметов в свою очередь разнообразят колорит. Присматриваясь к нему, обнаруживаешь и слегка охристые теплые тона, которые Коровин очень деликатно подмешал к серебристым оттенкам. Именно они в сочетании с пастозным рельефным мазком, передающим липкость снега, и создают специфику атмосферы этого произведения, столь отличной от атмосферы Зимы в Лапландии. Говоря о работе Зимой, нельзя не подчеркнуть, что именно она стоит в преддверии таких важных для русской живописи явлений, как крестьянский цикл Серова и Март Левитана, созданных позднее. Но, несмотря на суровость, Север не безлюден.

Во всех северных работах Коровин изображает или людей, или следы человеческой деятельности. И в Зиме в Лапландии, и в Мурманском береге художник изобразил селения, а в пейзаже Ручей Святого Трифона в Печенге (1894) зритель видит вытащенные из воды лодки и фигурку монаха возле одной из них.
Среди других работ северного цикла это произведение, пожалуй, наиболее богато по колориту, правда, и здесь нет ничего яркого, звучного. Как и в Мурманском береге, изображается не зимнее время природы. Но снег тает на Севере не всюду. Белой шапкой он остался лежать на камнях, выделяясь на фоне серо-зеленой травы. В некоторых местах трава буреет, образуя ржавые пятна.
Ручей отливает стальным блеском, снег голубеет в тенях. И хотя все цвета звучат приглушенно, не нарушая общей дымчатости этюда, их сочетания очень красивы и мелодичны.

следующая страница...


  "Пейзаж нельзя писать без цели, только за то что он красив - в нем должна быть история вашей души. Он должен быть звуком,
отвечающим сердечным чувствам. Это трудно выразить словом, это так похоже на музыку на кончике пера." (Коровин К.А.)



Художник Константин Алексеевич Коровин. Картины, биография, книги, живопись, фотографии


Rambler's Top100